Интервью Общество незрячиетранспортльготы

А. Винковский: «Киевская власть забыла о незрячих в вопросе льготного проезда в общественном транспорте»

base article image

Государственная помощь для Украинского общества слепых (УТОС) в текущем году поступила только в конце июня. Эти средства жизненно необходимы для организации, ведь нужно обеспечивать инфраструктуру и персонал, который обслуживает людей с инвалидностью по зрению. Но существуют риски, что в будущем государственная помощь будет предоставляться для УТОС и УТОГ на конкурсной основе, то есть, чтобы ее получить, нужно будет посоревноваться с другими организациями. Решать, кому выделять эту помощь, будет комиссия. Кроме этого, не совсем правильные новации уже сейчас предлагают местные органы самоуправления столицы. Здесь урезаются возможности льготного проезда в транспорте, что негативно скажется, в том числе, на незрячих. Об этом в интервью ГолосUA рассказывает директор Киевского учебно-производственного предприятия № 2 Украинского общества слепых Александр Винковский.

– С 1 июля льготный проезд в общественном транспорте Киева становится недоступным для приезжих… Как отразится это решение на тех, кто имеет право на льготный проезд?

– Норма, которую приняла КГГА, выглядит приблизительно так: проезд будет совершаться на основании карточки киевлянина. В ней будет специальный чип, в котором можно будет заполнить льготы. Льгота, кстати, будет заполняться неизвестно где, скорее всего, в каком-то отделе соцзащиты. Мы пока что этого не знаем. Карточку нужно получить в «Ощадбанке», и потом в каком-то органе обеспечить эту льготу. Нас беспокоит, что предусматривается ограниченное количество поездок, около 50, на всех видах транспорта. Для Киева это просто мало. Вы знаете, что один человек, проехав в одном направлении за день, может поменять 3-4 вида транспорта. А потом еще нужно вернуться.

– В Киеве за один день человек может легко использовать значительную часть этого количества поездок...

– Надо сказать, что этот вопрос на сегодняшний день отрегулирован нормами украинского законодательства. Эта норма общегосударственная. Она определена законом о социальной защите инвалидов, законом о реабилитации и другими законами, а не какими-то решениями местных органов власти. Кроме того, есть решения судов, которые отменили постановление Кабмина о монетизации. А это является формой монетизации, но она отменена уже решением суда. Кроме того, есть постановление Кабинета министров от 1993 года, которым предусмотрено, что льготы на проезд являются общегосударственной нормой, а не местными преференциями. Льготы, установленные государством, не может отменить местная власть.

– А для людей, которые приезжают в Киев, эта льгота тоже не будет действовать?

– Для них эта льгота вообще не действует. Человек работает в Киеве, платит здесь налоги, покупает здесь продукты, целый день находится в Киеве, едет в область и должен ехать за свои деньги. Это просто неграмотное решение. В Киеве половина людей из Киевской области.

– А как это решение в целом может отразиться на льготниках, которые имеют право на бесплатный проезд в общественном транспорте? Получится, что им придется платить?

– Им придется платить, но они же платить не будут. На сегодняшний день власть Киева натыкается на серьезную проблему, которая уже несколько раз возникала. Это не первый наш руководитель, который придумал это дело. Карточка киевлянина была внедрена где-то в 2002 году, с того времени было несколько попыток монетизировать льготы. И каждый раз вопрос оказывался неподъемным. Думаю, что и сейчас все закончится или отсрочкой, или изменением нормы. Лично для меня есть один вопрос. Хорошо, с метрополитеном более-менее понятно. А с другими перевозчиками? У нас есть прозрачный сбор денег, мы знаем, сколько они собирают средств, как они их получают, какие у них условия лицензирования, распределения маршрутов и так далее? Мы ничего этого не знаем. Фактически это лоббистское решение в пользу перевозчиков. Они говорят, что у них проблемы, но извините, платил ли кто-нибудь, например, в маршрутке за билет так, чтобы его получить? То есть откуда мы знаем, сколько они зарабатывают?

– Это серьезный вопрос. А как эта проблема затронет незрячих?

– Что касается незрячих, то как сегодня незрячему пользоваться карточкой киевлянина? Кто-нибудь может это показать? Сегодня карантин, все нужно делать, поменьше прикасаясь к чему-нибудь. Всем об этом рассказывают. Даже придумали зубочистками нажимать кнопки лифта, чтобы человек не нажимал пальцем. И так везде. Что делать незрячему? Перчатки снижают тактильность, и человек не может пользоваться. Как вставить карточку киевлянина в какой-то аппарат и заплатить за этот проезд?

– Получается, что и монетизация не работает, и они ввели такое решение…

– Получается так, но честно говоря, никто не знает четких правил. Заместитель мэра Киева Бондаренко рассказывал, что вы возьмете билетики, завезете себе в область, отдадите там в отдел соцзащиты, и вам возместят эти средства, но ему же не пришло в голову, что такой порядок где-то должен быть прописан.

– Его нет?

– Конечно, нет. И какое отношение к этому имеет область? Люди будут ездить в Киеве, а деньги будут возвращать в области.

– И для этого нужно тратить время, стоять в очередях и так далее…

– Киеву нужно содержать свой бюджет, а средства должны возмещать областные бюджеты… Абсурд. Ситуация непонятная. У меня такое впечатление, что это желание возмутить население перед выборами.

– Особенно льготников... Их довольно много...

– Конечно. Есть такие отрасли производства, где вообще работают пенсионеры. Если мы не пустим с областей пенсионеров, то мы лишимся всех уборщиц, дежурных, поваров нижнего состава. В этих сферах работают люди из области.

– Насколько масштабно этот вопрос затрагивает структуры УТОС?

– В принципе местная киевская власть к нашему вопросу всегда относилась внимательно. На сегодняшний день ситуация такая, что они о нас не подумали. Я так это понимаю. У нас в Киеве приблизительно около двух с половиной тысяч членов нашей организации лиц с инвалидностью, которые имеют недостаток зрения. Мне кажется, что они до этих вопросов, о которых я рассказал, не додумались. Вообще-то, карантин показал, что отношение к безбарьерности относительно незрячих необходимо менять, именно из-за сложностей с тактильностью. Кроме того, к введению монетизации льгот абсолютно не готова столичная инфраструктура. Я вам могу назвать десятки городов, где валидаторы в маршрутках работают, а в Киеве их нет. Вы видели, что происходило в Броварах? Разве их интересуют валидаторы или они будут билеты выдавать?

– Как карантин сказался на организации УТОС, на вашей работе?

– Мы все живем в Украине и живем, как все, – и незрячие, и УТОС, и предприятия УТОС. Может немного тяжелее, с одной стороны, с другой – немного лучше, если можно так сказать, потому что у нас пенсионеры получают пенсии, то есть они не останутся совсем без денег, как другие. Мы это понимаем. Люди спокойно шли в отпуск без сохранения заработной платы, люди понимали, что им кто-то создает условия. Мы, например, у себя на предприятии организовали работу на дому. Мы развозили работу. Мы понимали, что кто-то тратит свое время, свои силы, рискует, потому что это надо развезти, раздать, увидеть массу людей. Так что, сказать, что государство бросило или оставило без внимания, нельзя, тем более, например, в Киеве почти все районные администрации выдали какие-то наборы, провели помощь санитайзерами, масками, материальной помощью. То есть эти процессы. Лично я не сказал бы, что бросили. Нельзя так сказать. Но вместе с тем, у нас так же, как у всех: производство остановилось, арендаторы, если они были, съехали или требуют меньшую сумму, по налогам как-то так получилось, что там, где мы их платим, этого не касается, потому что мы не ФЛП, если мы платим земельный налог, то только с коммерческой части, а на нее не распространяется льгота по неуплате.

– У вас учебно-производственное предприятие... Сократились ли заказы?

– Конечно, а как же. Нельзя сказать, что убытки такие кардинальные. Может, пока что. Но эти заказы упали по всей Украине, не только у нас. Мы можем говорить об убытках, но люди не работали и не получали зарплаты. Тут получается и экономия, но службы, которые обслуживают предприятие и обеспечивают его работоспособность, должны были работать – охрана, электрики, сантехники, дворники, уборщицы. Все они должны были работать, иначе мы не можем допустить, чтобы предприятие упало на нет.

Карантин сильно ударил по заказам на производство?

– Конечно, ударил. Например, у нас один заказчик вообще два месяца к нам не привозил заказы. С другими заказчиками мы договорились, что мы обеспечим его через надомную работу. Он у нас брал заказы. Мелкие заказчики вообще выпали, и их нет. Такая ситуация везде, не только у нас. Мы производим щетки и сортируем метизы. Это наши основные направления.

Может, знаете, как эта ситуация отразилась на других предприятиях УТОС?

– Приблизительно такая же ситуация. Мы, например, еще нашли деньги и выплатили людям материальную помощь. Мы как-то нашли возможность, помогли благотворители. За свой счет купили и раздали людям маски и санитайзеры. Но я не знаю, получилось ли так на каждом предприятии.

Весной, когда пересматривался бюджет, была проблема относительно государственной помощи УТОС... Как она разрешилась и действительно ли вас переводят на конкурсную основу по получению этой помощи?

– На сегодняшний день УТОС выполняет некоторые функции, которые необходимо выполнять государству. Например, библиотеки аудиокниг, содержание общежитий для незрячих, у нас таких где-то 20-25. Там живут незрячие. Потом обеспечение баз отдыха для незрячих, таких где-то 10 баз у нас есть. Какие-то заведения культуры, где занимаются, проводят свое свободное время незрячие и слабовидящие. Это все мы тоже содержим. Потом реабилитационный центр, в котором получают помощь люди, которые потеряли зрение, им нужно адаптироваться к такому состоянию, они на длительное время приезжают в реабилитационный центр, и он тоже финансировался за счет государства. Эти все функции не оплачивались буквально до сегодняшнего дня. Только вчера начали идти деньги. То есть полгода вопрос не решался. В этой сфере занято 1200-1300 человек, которые должны были получать зарплату, они ее не получали. Но, слава Богу, это все решилось. Кабинет министров отнесся с пониманием к ситуации, нужно признать, Министерство социальной политики также отнеслось с пониманием. Непонятно, почему иную позицию занимает комитет Верховной Рады по вопросам социальной политики.

А что там говорят?

– Там говорят, что средства так нельзя давать. Их нужно давать через конкурс. Но как придумать конкурс, в котором обеспечить общежитие для незрячих. Я приведу пример. В Житомире есть общежитие. В нем проживает 32 незрячих. Расскажите мне механизм государства, по которому этим людям готовят еду, по которому за ними убирают, по которому им помогут постирать. Пусть мне кто-то расскажет, как это делается. То есть это нужно делать каждый день. Нам говорят: есть социальный работник. Социальный работник приходит раз в неделю, в лучшем случае принесет продукты и ушел, а комнату убрать нужно, постирать. А эти люди одинокие. Двое в Житомире после инсульта. Мало того, что они незрячие, да еще и после инсульта. Есть механизм у государства? Мне бы очень хотелось, чтобы Третьякова рассказала, какой этот механизм. А им помощь нужна каждый день. И таких людей в каждом общежитие, где живут незрячие, полно. Они называются общежитиями, но люди там живут уже по 30-40 лет. Это немолодые люди, пожилые, и они имеют, к сожалению, и проблемы с сердцем, и с диабетом, и с руками, и с ногами, и с чем только хотите. И много одиноких.

Насколько я понимаю, в будущем все-таки они хотят внедрить конкурсную основу?

– Они хотят ее внедрить. Они приняли приказ Фонда социальной защиты от 30 апреля. Я понял, что он пилотный. По нему объявили конкурс по приоритетным задачам для общественных объединений по реализации программ, проектов. Фонд социальной защиты инвалидов в этом приказе расписал правила. До 30 июня общественные организации должны дать свои конкурсные предложения. Я хочу обратить ваше внимание только на два момента. Согласно этому приказу, сумма средств не может превышать 500 тысяч гривен на одну общественную организацию, и должен быть задействован всеукраинский статус. Проект должен охватывать большую часть Украины. Допустим, мы проводим работу для 50 человек с сопровождающими. Это должен быть всеукраинский статус и 500 тысяч. Мы должны людей привезти, заплатить за железнодорожные билеты и за проживание в отеле. И это будет ровно 400 тысяч. И получается, что этот приказ лоббирует интересы железной дороги и отельного бизнеса, а лица с инвалидностью посидят на конференции два часа. В таком раскладе, как оно сегодня, я могу с кем угодно спорить, что это неэффективное использование бюджетных средств. Я уже не буду касаться комиссии, которая принимает решение, какие-организации, какими критериями они пользуются, кто займет первое место. Я этого не касаюсь.

Этот конкурсный подход призван, чтобы сэкономить бюджетные средства?

– Якобы чтобы их эффективно использовать. Потому что они говорят, что средства для УТОС и УТОГ используются неправильно. Я привел пример, на какие направления используются эти средства. Надеемся, что в конкретных ситуациях уполномоченными органами будут приниматься разумные и справедливые решения.

Оставайтесь в курсе событий.
Подписывайтесь на нас в социальных сетях.